Пятница, 13-е войдет в историю Ульяновска как один из самых страшных дней. Но и не только. Он запомнится ульяновцам еще и как день, когда ЧП, подобно лакмусовой бумаге, отчетливо показало им, кто есть, кто и кто чего стоит. Однако он может сохранится в памяти еще и как день, изменивший расстановку политических сил в регионе, как день отрезвления. Или пробуждения…

Сон в осеннюю ночь…

...Темнота опустилась на город по-ноябрьски рано. Но на территории Арсенала светло как днем. Грохочут взрывы, пламя вздымается до небес. Пожарные, милиция, гражданские люди… Все что-то кричат отдавая команды и принимая раппорты, снуют деловито туда-сюда, напоминая встревоженных муравьев. ЧП. Но каждый знает, что делать, каждый подчинен одной цели, или чьей-то направляющей воле и силе…

…На КПП Арсенала сидит за столом губернатор. Голова обвязана, кровь на рукаве. Куртка порвана – зацепило осколком разорвавшегося неподалеку снаряда. Губернатор прибыл на место трагедии одним из первых и сразу взял на себя управление ликвидацией происшествия. Прикрывая одной рукой ухо – несмолкающий грохот не дает говорить по телефону – и невольно пригибаясь, когда раздается очередной взрыв, он отдает распоряжения. Коротко и предельно понятно – как на фронте. Не кричит и даже не матерится. Он спокоен, собран, деловит. Но ровный и немного усталый голос его сталью, не терпящей непонимания или неисполнения,  звучит в телефонной мембране. Иначе и быть не должно – он гарант стабильности и спокойствия для всех, кто живет в этом городе. И именно поэтому он здесь, на переднем крае…

…На улице, неподалеку от КПП разместился полевой штаб местной организации партии «Единая Россия». В большой брезентовой палатке, неизвестно, каким чудом не сметенной валами взрывных волн, и дырявой от осколков расположились на ящиках из-под пепси Игорь Тихонов и Тамара Дмитриева. Презрев опасность, они руководят своим участком фронта – Тихонов решает вопросы эвакуации населения из находящихся в опасной зоне домов. К нему стекается информация отовсюду, где терпят бедствие люди – партийные активисты с санитарными сумками успевают на помощь всем, кто в ней нуждается. По другому, они просто не могут, ведь «Единая Россия», это не просто партия, это НАРОДНАЯ партия, и место ее здесь, с народом…

…Тамару Дмитриеву не узнать. Куда девался депутатский лоск и глянец! Да и неуместен он в такой-то ситуации, да и Тамара Александровна в палатке не депутатский прием ведет. На ней – информационное обеспечение. Она тоже на переднем крае, как фронтовой корреспондент. На ней замыкается связь со всеми информационными агентствами как российскими, так и зарубежными. Но ей, опытнейшей журналистке, председателю областного отделения Союза журналистов, не привыкать к трудностям. Ведь это про нее поется в старой песне, помните: «Трое суток шагать, трое суток не спать…». Она, охрипшим до сипоты голосом передает журналистам последние сводки и те несут людям правду о том, что происходит в Арсенале-31. Только правду и ничего кроме. Люди должны ее знать, чтобы не возникло паники…

…Время от времени в палатку вбегает разгоряченный – пальто в мелу, шапка смята в кулаке – Ростислав Эдварс. Он командует ребятами из «Молодой гвардии». Его отчаянные парни – Антон Хащенко, Эдгар Красаускас – рвутся туда, где грохочут разрывы и свистят осколки. Понятно, молодости свойственна романтика битвы. Но у них другая задача. Они помогают больным и старикам добраться до автобусов. А их друзья дружиной ходят по окрестностям, внушая жуткий страх мародерам. Да, они молоды, но и они – с народом, и они – на передовой…

…В соседней палатке, что рядом со штабом, идет оперативное совещание. Мэр города, примчавшийся на место происшествия, покинув важнейшую для Ульяновска процедуру поздравления первой городской красавицы – в белом костюме и с нестертой второпях улыбкой на лице – определяет городским службам план работы на завтра. Стекло, кирпич, рабочие руки, техника – каждому определен участок. Ничто не забыто, никто не забыт…

…Василий Гвоздев в палатке не сидит. Он примчался сюда  вслед за губернатором. Мог бы и раньше, да взрывная волна первого взрыва, докатившись до здания думы, сорвала с места письменный стол, которым прижало Василия Анатольевича к дрожащей от гула взрывов стене. Чудом выбрался этот щуплый на вид, но сильный духом человек и депутат. И сейчас он в самой гуще событий: то он руководит отправкой автобусов, то помогает пожарным разматывать рукава, то, стоя на подножке пожарной машины, показывает дорогу. Ветер развевает его набриолиненые волосы, осколки бьются о высокий лоб – ничего не боится  Гвоздев. Потому, что он – народный депутат!...

…Но не один Гвоздев исполняет свой гражданский долг. Оправдывает звание народного и Виктор Воронков – это в его округе случилось ЧП. И Виктор, чье сердце разрывается от боли за своих избирателей, готов ради них даже смотреть смерти в лицо. Вот он, по-пластунски пробирается к убежищу, где в темноте сидят перепуганные люди. Осколки свищут, пламя бушует, обжигая изможденные руки депутата, но он знает: его ждут, людям так нужна его помощь, его доброе и простое слово…

…На станции Верхняя терраса, превратившейся в перевалочный пункт, развернута импровизированная столовая. Это Алсу Балакишиева привезла продукты. Продавцы ее магазинов, собранные по тревоге, разносят людям пищу: копченая колбаса, икра, сыр, напитки – вот то немногое, что успела собрать Алсу Харисовна на скорую руку. Она и сама здесь. Ходит по рядам ставших беженцами в мирное время людей. С кем заговорит, кого по-матерински нежно погладит по руке. Люди успокаиваются, их лица светлеют – их депутаты, их партия не бросили их в беде…

…На подъезде к Верхней террасе рычит моторами колонна КАМАЗов. Это депутат Майер везет на место ЧП стройматериалы. Да какие! Это вам не какой-то полиэтилен для латания дыр! Тут и замечательный кирпич, и металочерепица, и готовые стеклопакеты. Ламинат, пластик – все есть и все готово, чтобы помочь людям, не дать им почувствовать себя забытыми и ненужными. Майер знает, что ЧП, это испытание партии на прочность, и не выдержать его «Единая Россия» не имеет права…

…Приснилось…

…и ноябрьская реальность

...Темнота опустилась на город по-ноябрьски рано. Но на территории Арсенала светло как  днем. Грохочут взрывы, пламя вздымается до небес. Пожарные, милиция, гражданские люди… Крики, суета. Население близлежащих домов, в панике похватав сааме необходимое, бежит неуправляемой толпой подальше от взрывов. Женщины кричат, дети плачут. Паника…

Губернатор появился на экранах телевизоров только в седьмом часу.  Куртка а-ля Путин безупречно чиста. Свежая рубашка, галстук – все как положено первому лицу региона. Видно, что подготовился к эфиру Сергей Иванович. Ни лицо, ни речь его - ничто не выдает тревоги или хотя бы глубокой озабоченности. Говорит как всегда – путано и малопонятно – что-то о том, что взорвалась в Арсенале пиротехника.

Тихонова, Дмитриевой, а также мэра Ермакова и спикера Гвоздева вместе с Эдварсом, молодогвардейцами и депутатом Воронковым ни видно, ни слышно в тот вечер не было. Как и Майера с Балакишиевой. Да и 14-го ноября тоже. Видимо, неотложные партийные, депутатские и мэрские дела, опутав рутиной своей, не дали этим господам возможности вырваться. Да и что такое, взрывы? Сказал же губернатор – пиротехника, так что, из-за нее все бросить и мчаться к черту на куличики? Зачем, если МЧС и милиция уставы знают и обязаны работать? Что вы говорите, с людьми нужно быть? Да кто они такие, эти люди!?

Хотя, отдавая дань справедливости, надо сказать, что в субботу мэр-таки был на месте ЧП. И даже в кадр хроники сумел попасть. Мельком, правда, выглядывая из-за спины московского генерала, но все же.

Начиная с 16-и часов пятницы и по сию пору, местные Интернет-порталы буквально гудят от новостей с места событий. Все. Кроме официального сайта регионального отделения ЕР. Последние новости на нем датированы 10-м и 11-м ноября. Понятно, что к трагедии в Арсенале они не имеют отношения. Местным единороссам, видимо, важнее сказать о том, что в приемной Путина побывал 4000-й посетитель, нежели расписывать ужасы пятницы. Да и зачем – партия выше мирской суеты. У нее сейчас дело есть поважнее. Праймериз называется…

Направленный взрыв

Сдается мне, что случившееся ЧП способно подорвать репутацию «самой народной». И даже предопределить исход весенних выборов если не для всех ее кандидатов, то для многих из них. Потому, как эти нелегкие дни она – «самая народная и самая массовая» партия пересидела, образно говоря, в кустах. Никаких выступлений ее лидеров и ярких персонажей никто не видел и не слышал – не было их. Кругликов выступал, Алексейчик, Каплин и Бударин. А от ЕР – никого. Где же были они, такие заботливые и радетельные о благе народном Тихонов, Дмитриева и Ермаков с Гвоздевым? Ну, ладно, первым двоим, вроде, можно и забить на это ЧП – им весной не избираться, а городские-то что отмолчались? Совсем нюх потеряли?

Правозащитник Игорь Корнилов написал мне в ЖЖ, что в момент первого взрыва он был в кабинете Гвоздева. Рвануло – и он помчался за Волгу – у него там подчиненные. А у Гвоздева за Волгой никого нет. А избирателей он там уже «окучил», потому, наверное, и он и не помчался с Корниловым. Или он на выборы рукой махнул?

Ермакова понять вообще невозможно. Сам, вроде, собирается весной баллотироваться, а сам же своей отсидкой просто-напросто отрезал себе путь к успеху на мартовских выборах. Напрочь отрезал. Навсегда. Показав, что хозяина в городе нет, а если и есть, то это не он.

Да, некстати для местной организации ЕР случилось ЧП. Неожиданно. Все карты теперь попутает. Хотя… Как говорят люди знающие,  у руководства ульяновского ЕдРа вообще нет никакой внятной позиции относительно предстоящих выборов. У них там вообще ничего внятного не происходит. Сегодня местные едросы вцепились друг в друга мертвой хваткой из-за мест в списках кандидатов от партии на предстоящих выборах  депутатов гордумы и главы города. Так вцепились, что ни взрывов не слышат, ни криков людских…

Ну, разве до взрывов тут, когда между старыми местными влиятельными членами партии (условно – шамановцами)   и новыми (морозовцами) идет нешуточная драчка? Суть конфликта в том, что старые партийцы (чуть не сказал, коммунисты) создавали областную организацию ЕР, были в ней до прихода Морозова на первых ролях, а Сергей Иванович взял, да и привел свою команду. И случился в реготделении переворот, в результате которого руководство в областной организации полностью, можно сказать, обновилось.

Задвинутым «старичкам» хочется вернуть свои позиции или занять места в структурах власти. Но тихоновский праймериз следует переводить на русский не как предварительные выборы, а как торги. И хотя есть среди старых «гвардейцев»  достаточно молодые и энергичные люди, "государственники", за ними нет никакого своего бизнеса или каких-то крупных афер (тот же Грибов или Травкин). И они, в отличие, например,  от Эдварса, сами никогда не выдвинутся, если им этого не предложат. Не предлагают. А те, кто предлагает себя сам, явно слабоваты. И местная ЕР зашла в тупик. Такой, похоже, глухой, что даже взрывы в Арсенале не смогли оторвать ее руководителей от дел подковерных. А тут еще и Гвоздев с Ермаковым «медвежью болезнью» захворали в пятницу. Вот и боюсь я теперь, что кое-кто из них рискует весной так и остаться под ковром, по которому во власть придут другие люди.

Слава МИТРИЧ