Записки начальника штаба

Часть пятая. Ноябрь 2004 года, по другую сторону баррикад.

С Морозовым мы были знакомы с августа 2004 года. Тогда Опенышева С.В., по его поручению, попросила меня провести тренинги для группы кандидатов в горсовет Димитровграда. Тренировала я их неделю, кстати, в том числе и будущего мэра Димитровграда Молочкова А.А. Морозов С.И. результатами вроде был доволен, работу они мне аккуратно оплатили, поэтому расстались мы в августе довольные друг другом.

За несколько дней до голосования в первом туре губернаторских выборов встретились почти врагами. Я была в шоке. Он сам мне предложил встретиться, прислал своего водителя. А при встрече с порога наехал на меня за газету «73 регион» про Димитровград - столицу мирового кайфа. Полчаса примерно рассказывал мне, какая я тупая и ничего не понимаю в тактике и стратегии избирательных кампаний. Я сидела и злилась, но слова вставить не успевала. Пока он мне все не сказал, что хотел, мнеоправдаться не удавалось. А когда он закончил свои наезды, уже смысла не было оправдываться, я успела успокоиться.

Потом уже после разборки моих полетов, предложил, коли уж я оказалась свободна, сдаться в плен и поработать в его городском штабе во втором туре. Я согласилась, он познакомил меня с отличным парнем Лешей из «Никколо М», который был тогда начальником штаба на выборах Молочкова А.А. в мэры Димитровграда.

Тогда видимо уже было принято решение поменять состав штаба, который работал на Морозова в первом туре губернаторских выборов. Московские крутые пиарщики, которые работали в штабе Морозова С.И. в первом туре, на самом деле оказались какой-то малоопытной левой командой, проданной «соковским» как суперспециалисты. Ребята развели на его выборах в первом туре страшный бардак. Я, работая начальником штаба у их конкурента Герасимова, свободно заходила в их штаб к своим знакомым, общалась,уходила. Особый прикол был, когда один из этих крутых московских мальчиков, представился он мне Андреем Могилой, подошел ко мне и попросил помочь ему подобрать несколько водителей на «Газелях», чтобы они развозили Морозовскую агитку по области.

Каюсь, мы тогда с этими крутыми мальчиками немного пошутили. Прислали им герасимовских водителей. Так что несколько машин с агиткой Морозова тогда уехало прямо в штабГерасимова, а Морозовский штаб герасимовским водителям еще и за работу заплатил по пятьсот рублей за день. Во втором туре в штабе Морозова этих ребят уже не было.

Леша из «Никколо М» должен был закончить выборы Молочкова А.А. и уже потом возглавить в Ульяновске городской штаб Морозова С.И. во втором туре губернаторских выборов. Мне предложили заняться ревизией агитационной сети в Ульяновске. У Морозова С.И. было подозрение, что сеть агитаторов, которую создавали районные организации Ульяновска «Единой России» наполовину липовая, денег на них уходило много, а результаты были хреновые. С начала он на тех выборах рассчитывал на победу в первом туре, но во время нашего разговора я поняла, что Морозов уже знал, что второй тур неизбежен. Не дожидаясь результатов первого тура, мы с Лешей начали перетряхивать агитационную сеть.

Морозов С.И. был прав, в списках агитаторов оказалась куча мертвых душ. Особенно в Железнодорожном районе. Там начальником штаба был некто единорос Грибовстарший, а агитаторами числились его мать восьмидесяти лет, теща и все его соседи, которые проживали на Верхней Террасе на улице Гоголя. Грибов долго пытался убедить меня в том, что они каждый день ездят агитировать в Киндяковку, агитируют там до потери пульса, а потом едут к себе на Верхнюю Террасу. Короче, пришлось вдребезги разругаться со всей «Единой Россией», разгоняя их липовых агитаторов.

Для работы во втором туре я по согласованию с Лешей привела в штаб Морозова своих проверенных агитаторов из училок и врачей, которые работали со мной уже по пять-шесть кампаний на самых разных кандидатов. В «Единой России» такой хай против меня подняли! Даже в Москву одной важной особе пожаловались на меня, подлую шпионку, которую Герасимов заслал в штаб к Морозову, чтобы я его идейно разложила. Но Леша меня поддержал, едросам пришлось смириться, потесниться и принять в свои ряды бывших агитаторов Герасимова.

Я как-то попыталась объяснить умным дядькам из «Сока», что снимать кандидата Герасимова с губернаторских выборов по суду за подкуп невыгодно. Это был верный способ увеличить количество голосов «против всех», потому что за Герасимова собирались голосовать как раз те избиратели, которые в принципе против всех и всего. Но «Соковкие» ребятки отнеслись к моим речам с огромным подозрением: и что это бывший начальник штаба этого Герасимова против того, чтобы его сняли по суду, а не заслана ли она к нам конкурентом. Смешно было дальше настаивать. Да все равно меня бы никто не послушал. Там было столько разных начальников, чтососчитать невозможно. Штаб работал по принципу: один с сошкой, семеро с ложкой.

Герасимова все-таки сняли тогда по суду. Я до сих пор уверена, что совершили большую глупость, только усложнили себе задачу. Во втором туре на Герасимова просто некому было работать: Наталья, Вася, Людмила уехали, агитаторов я забрала с собой. Весь штаб Герасимова тогда состоял из упитанного Журавлева, не помню как зовут, нопомню что мнил себя самым крупным специалистом по выборам и Натальи Руленко, жены Герасимова. Ну, и какой смысл был тратить время на суд себе во вред, поднимая уровень протестного голосования и рейтинг Герасимова?!

Таким образом, во втором туре у Морозова был единственный соперник – «кандидат против всех». Причем риск проиграть этому кандидату был огромный! В сельских районах и в Димитровграде включили на полную катушку административный ресурс. По-моему только один глава из сельских – С.Чертановкий в Кузоватовском районе продолжал работать против Морозова и во втором туре, а все остальные уже построились и строили под него свои избирательные комиссии и избирателей.

В Ульяновске все было гораздо сложнее: народ собирался голосовать за Герасимова С.А.. А кто знал, что его сняли по суду, собирался голосовать против всех. Баржанова погоды не делала, да и работать во втором туре ее штаб практически бросил. Как агитаторы не упирались, как Морозов ни кружил по встречам, Ульяновск Морозову завоевать так и не удалось. Так как я работала напрямую с агитаторами, то ко мне стекалось много прямой информации на тему что народ говорит про «нашего мальчика».«Нашего мальчика» городские избиратели не очень то любили, больше жалели Герасимова.

Иногда протест выражался не только словами, но и действиями. Помню, в последнюю неделю перед выборами в каждом районе под Морозова организовали большие концерты. Судя по внешнему антуражу, концерты те были высокозатратными, но по содержанию были неинтересными. По всему видно было, что организаторы концертов отмывали соковские «бабки». Подгоняли КАМАЗ, опускали борт, организовывали сцену со всеми наворотами в виде подсветки, звука и т.п. А потом на сцену выходили какие-то жалкие артисты в помятых грязных костюмах, безголосые, все неместные. Было бы у организаторов желание сделать недорого и хорошо, пригласили бы наши местные хорошие коллективы.

Так вот, вечерний концерт в Железнодорожном районе дня за три до голосования во втором туре, площадь перед «Современником» заполнена народом. В конце концерта на сцену к артистам выходит сам кандидат Морозов С.И.. Что-то пытается петь вместе с артистами, за его спиной здоровый парень размахивает российским флагом… И вдруг из толпы в лицо Морозову летит снежок. Тот стерпел. Потом второй снежок. Охранники и агитаторы бросились искать, кто пуляет в «нашего мальчика», но не нашли. Меня удивило, что народ эти снежки в лицо Морозову встретил с большой радостью и удовлетворением. Я стояла в толпе, и слышала, как ругают Морозова за то, что он снял по суду с выборов Герасимова.

А нашим бригадам расклейщиков плакатов Морозова приходилось работать по ночам и как на баррикадах! В Засвияжье их гоняла местная братва, каждый вечер ребятамприходилось бегать от них вместе с плакатами и ведрами с клеем. В Киндяковке за ними регулярно ездили две-три девятки и аккуратно зачищали все, что они успели наклеить. Одна из наших девушек расклеивала плакаты с портретом «нашего мальчика» в районе гостиницы «Венец» и на свою беду встретилась с ярым сторонником Герасимова. У девушки отняли плакаты и клей, наподдавали ей слегка и закрыли в киоске напротив «Венца». Хорошо, что она успела позвонить в штаб с мобильного телфона. Пришлось ехать, вызволять ее из плена в два часа ночи.

Первые звонки от наблюдателей в день голосования в городской штаб Морозова ввели всех в шок. В Новом городе на девяти участках из десяти, если мне не изменяет память, победил кандидат против всех. Такая же картина была и в Ленинском районе. Чуть получше результаты были в Засвияжском и Железнодорожном районах. Город Ульяновск сплошьголосовал против всех. Общую победу Морозов одержал все-таки за счет административного ресурса, жестко примененного перешедшими на его сторону главами сельских районов. Но это тоже была победа!

И стал С.И. Морозов нашим губернатором. Но это уже совсем другая история.